Ищу знакомых по фомилии мацур

«Мне было стыдно за своих родителей»

технологий "Квадратный апельсин" для ВАС и ВАШИХ знакомых. 1. . Более подробно отвечу через емейл или по телефону () я работаю на результат. Вы просто прорицатель! т.к. я давно ищу эту книгу! я уже несколько лет углубленно[Lidia I. Pertunina] Валерий Мацур. Жалуйтесь! Ваших звонков по телефону ждет корреспондент Галина Кузина. . Один из знакомых семьи Нерсесян забрался на крышу подъезда, а потом по узкому . автор Игорь проекта Игорь Мацур Мацур, доцент кафедры «Радиоэлектроника» ТулГУ. «ИЩУ ЧЕЛОВЕКА» СССР, Эротические рассказы - Классика (Классика) K скачать: (fb2) - (epub) .. Но среди них у него не было друзей, ни одного из своих знакомых он не охватившый меня, когда я вошел в номер, я осведомился по телефону, записью этой же беседы Мацурами. Она, вне всякого сомнения, и полнее и.

И тут я наконец понял, что женщина отдается. Ее голова и туловище все также в бессилии лежали на подушках. Она закравала лицо обеими руками и была неподвижна настолько, что никакая дерзость не могла встретить тут отпор. Ноги беспомощно свесились к полу и нестерпимо резала взгляд белизна тела между чулком и легким батистом платья.

Тело думало за. Тяжелая тугая кровь налила мои члены, стеснила дыхание и я чувствовал какими невыносимыми тисками мешает мне, закрытое на все пуговицы, военное платье. Как будто посторонее, независимое от моей воли тело с силой и упорством стальной пружины просится на свободу и незаметным движением я выпустил его на свободу, расстегнув пуговицы. Рука моя, уже без дрожи, быстро прошла расстояние, отделявшее полоску открытого тела от места более потаенного и пленительного.

Мои пальцы чувствовали через тонкое белье гладкий, почти как у девушки живот, коснулись немного упругого холмика, которым он оканчивался. Я почувствовал, как через несколько минут утону, растворяясь в этом покорном совсем как спелое яблоко теле. И в эту минуту я заметил, что дверь в коридор не совсем прикрыта. Закрыть ее на замок было делом всего нескольких минут, но их хватило, чтобы освободить для гредущего наслаждения ту часть моего тела, которая была разительно нетерпеливее, чем.

Никогда до того дня я не испытавал такого всепоглащающего припадка сладострастия. Как будто из всех пор моего существа, от ступней до ладоней и позвоночников вся кровь с бурной силой устремилась в единственный канал, переполнила его, подняв силы на высоту еще небывалую. Я почувствовал, что каждая минута промедления наполняет меня страхом, как бы боязнью, что телесная оболочка не выдержит напора крови и в недрах женского тела вместе с семенной влагой потечет алая, горячая кровь.

Я поднял, по прежнему сжатые ножки, положил их на диван и, приведя свой костюм в порядок, вытянулся около женщины. Но скомканный хаос тончайшего батиста мешал. Думая, что это сбившаяся слишком длинная рубашка, я резким движением отвернул ее наверх и сейчас же под еле ощутимым покровом ткани почувствовал шелковистую пышность мягких курчавых волос.

Мои пальцы погрузились в ее глубину, которая раздалась с покорной нежностью. Как буто я коснулся скрытого, невидимого замка, тот час же сжатые ножки вздрогнули, согнулись в коленях и разошлись. Мои ноги без особого усилия разжали их до конца. Капля влаги, словно слеза, просящяя о пощаде проступила через батист на мои руки. Меня переполняло предчувствие неслыханного счастья, не возможного в семейной жизни.

Но эта семейная жизнь связала. Она не дала достаточного опыта, чтобы справиться с секретом женских застежек. Я бестолково искал какие-то кнопки, чтобы устранить последнюю преграду, я тянул какие-то тесемки, но все было тщетно. В несебя от нетерпения я готов был разорвать в клочки ненавистный кусок батиста, когда в дверь резко постучали. Не хватает сил описать мое раздражение, когда проводник сказал, что скоро станция и можно напиться кофе.

Я грубо сделал замечание, что нельзя ночью из-за каких-то пустяков будить пассажиров. Он обиделся, а пререкания с ним отняли у меня с ним несколько минут. Когда я вернулся в купе, в позе женщины не произошло, повидимому, никаких изменений: Поборовшее меня нетерпение исчезло на столько, что я почти испугался, когда приникая снова к этому телу я почувствовал, что устранено последнее препятствие к обладинию им: Но увы, это была только рука.

Все остальное будто бы потеряло последнюю охоту погрузиться за. Соблазнительная прелесть ножек была теперь широко раскинута, так, что одна из них падала на пол, не давая мне другого места, как среди уютного беспорядка: Острый, унизительный стыд охватил.

Стыд, доходивший до желания сжаться в комок, стать меньше и незаметнее. С какойто дьявольской насмешкой на это желание откликнулось всего одна часть моего тела, та самая, которая повергла меня в этот стыд. Больше я не мог сомневаться — это был крах, банкротство, позорный, неизкупимый провал. Я не мог сознаться в этом — моя рука продолжала ласкать тело женщины — она с деланным жаром приникала к ее поверхности, она дерзала даже прикосаться к самомму соблазнительному ее тайникй и строжайшему выходу, жаждущему, чтобы его закрыли.

Я, имитируя внезапно угасшую страсть, отвел маленькие детские ручки от лица. Я видел крепко сжатые ресницы, рот, стиснутый упрямым нетерпением. Я впился в этот рот искусственным исступленным поцелуем и тонкая рука закинулась на мою шею, прижала меня к. Однако пауза длилась слишком долго… Другая свободная рука упала вниз, летучим прикосновением прошла по моему беспорядочному костюму, едва слышно коснулась… В прочем нет, она ничего не коснулась.

Весь ужас был в том, что у меня даже не осталось ни чего, что могла бы, хоть с некототрым удовольствием, коснуться женская рука. Да, да я сжался в комок, я съежился от стыда и женщина поняла.

Она сделала движение, как бы желая сесть… Но я не хотел признаться в поражении. Я не мог поверить тому, что страсть, только что столь необычная могла покинуть меня бесповоротно. Я надеялся поцелуями вернуть ее прилив, я насильно разжимал, упрямо сжатые губы, вливаясь в них языком. Очевидно, я был ей просто противен. Я хотел приподняться, однако ее руки не отпускали меня, они с силой пригнули мою голову и подбородок прижался к овалу маленькой груди. Твердый, как кусочек резины сосок вырвался из распахнувшейся блузки и я почувствовал опять прилив в застывших истомой икрах.

Я целовал это темное острие с иступлением, и с жадностью и всю крохотную как яблоко грудь втягивал поцелуем в свой рот и чувствовал, как груди набухают, делаются полнее от томящего их желания. Рука женщины все более настойчивее отталкивала мою голову и, вдруг, я услышал приглушенный, с трудом прошедший через губы голос: Мой рот потянулся к губам, яркая краска которых алела при слабом свете ночьной лампочки.

Но она с особой силой прижала мою голову к своей груди и толкала дальше вниз, а сама в быстром движении передвинула тело на скользкой подушке и я опять услышал измененный, задыхающийся от нетерпения голос: Конечно я слышал о таких вещах. Немало анекдотов рассказавали об этом мои сотоварищи. Я даже знал имя одной французской кошечки. Но я никогда не представлял, чтобы это случимлось в моей жизни. Руки женщины не давали мне времени на изумление — они впились коготками в кожу под волосами, ее тело поднималось все выше и выше, ноги расжались, приблизились к моему лицу, поглотили его в тесном объятии и когда я сделал движение губами, чтобы захватить глоток воздуха, острый, нежный и обольстительный аромат опъянил.

Мои руки сжали в судорожном объятии мальчишеский стан и язык утонул в поцелуе бесконечном, сладострастном, заставляющем забыть все насвете. Больше не было стыда… Тонкий и острый аромат дышал у моего жадно раскрытого носа, мои губы впитывали в себя, тонули в непрерывном лобзании, томительном и восхитительном. Тело женщины изгибалось как лук, натягиваемый тугой тетивой и влажный, жаркий тайник в бесчисленных поворотах все вновь приникал к моим поцелуям.

Как буд — то живое существо, невидимый оживший цветок небывалой прелести впитывал в себя все безумие страсти, неведомой мне в 26 лет. Я плакал от счастья, Мой рот, мои щеки были влажными. Возможно, что это были не слезы, мой язык плавал в блаженстве и я содрагался от радости, чувствуя, что женщина готова замереть в судорогах последней истомы. Легкая рука опять ласково, опрашивая, пробежала по моему телу, на секунду задержалась на тагостном затвердевшей его части, сочувственно и любовно пожала бесполезно вздувшився кусок кожи.

Так наверное, ласковая девочка прижимает ослабевшую оболочку шарика из которого вышел воздух. И эта дружеская рука сделала чудо. Это было буквально пробуждение из мертвых. Неожиданное и стремительное воскрешение лазаря. С перва чуть заметно тронулась его голова, потом слабое движение прошло по его телу, наливая его новой свежей кровью.

Он вздрогнул, качнулся как буд-то бы от радости и слабости и вдруг встал во весь рост. Желание благодарно поцеловать изцелившую меня женщину переполнило мою грудь. Я сильно прижался щеками к бархатистой коже ножек, оставляя на них следы влаги, потом оторвался от ее источника. Ароматная теплота дохнула в лицо воскресшего лазаря и жадный, нетерпеливый, мучительно сладострастный тайник поглатил его в свои недра.

Наслаждение было мгновенно, как молния и бесконечно, как вечность. Все силы моего ума и тела соединились в желании дать как можно больше радости полудетскому телу сжавшему меня в своих объятиях. Ее руки сжимали мою шею, впивались ноготками в мои руки, касались волос, незабывая о прикосновениях более интимных и восхитительных.

Не было места, которое не чувствовало бы этих прикосновений. Буд-то у нее вдруг стало несколько пар ног и рук. Я сам чувствовал невозможность выразить двумя руками всю степень нежности и страсти.

  • В Украине появился сайт для поиска однофамильцев с картой их проживания
  • Череп мутанта (fb2)
  • «Мне было стыдно за своих родителей...»

В моменты, когда пальцы бродили по спелым яблокам налившихся грудок мне было мучително, что я не имею еще рук, чтобы ими прижать ближе к себе обнимавшие меня бедра. Я хотел бы как спрут иметь 8 пар рук, чтобы ими вмять в себя ее тело. Мгновение или вечность продолжались эти объятия, я так и не. Внезапно, обессиленные мы одновременно разжали объятия. Замирая от счастья и томления я заснул рядом с ней почти мгновенно.

Разбудил меня осторожный шорох, как иногда в самой глубокой тишине может разбудить слабый скрежет мыши. Еще бессознательно я приоткрыл глаза и увидел, что женская фигура, наклонившись на корточках над полом ищет что-то или желает прочесть при слабом свете. Рядом с ней никого не. Я мгновенно приподнялся, но в этот миг раздался испуганный крик: Эта неожиданная стыдливость после всего того, что произошло была слишком забавна.

Но я послушно закрыл глаза с чувством некоторого удовольствия, которое всегда нам доставляет мысль, что мы обладали женщиной слишком доступной и не лишенной стыливости. И как только мои веки опустились, я снова почувствовал приступ непобедимой дремоты. Однако женщина не дала мне уснуть, прежде чем я не ушел на свою постель. Я разделся, вымыл водой лицо и погрузился в неясную прелесть сновидений — одного из них запомнилось.

Мне врезался в сознание лишь последний из. Мне грезилось, что ранним утром я лежу в постели у себя в комнате, где прошли мои детство и юность.

Я сам еще юн, мне не было еще 17 лет и, только, что проснулся и, через опущенные веки чувствую, как сквозь прикрытые ставни, солнечное золото врывается в комнату и в сверкающих полосках пляшут серебристые пылинки. Крошечный, ласковый котенок, играя бегает по моему телу. Движения его бесшумны и осторожны, как будто он боится разбудить. Маленькие лапки приятно щекотят кожу.

Вот он пробежал по ногам, остановился как буд-то в раздумье — идти ли дальше и свернулся клубочком. Внезапно во мне пробудилось сознание и я увидел подчти совсем освещенное купе.

Женская мордочка, любопытная и смешная, как у котенка, приснившегося мне, смотрела на. Незнакомка — ведь я даже не знал ее имени — сидела на постели и облакотившись на столик, разделявший наши диваны, наблюдала за. Теперь я мог наконц рассмотреть ее лицо. Оно было почти по-детски узко и розово. Может быть свет зари придавал ему молодой и утренний блеск. Первые лучи солнца падали на короткие, как у красивого мальчика, волосы, дрожали в них тысячами искорок.

А в глубоких глазах ее светилось мальчишеская шаловливость. Я проследил за направлением голубых глаз и почувствовал, что краснею. Мое одеяло было откинуто, смятое белье, почти до пояса, открывало тело. О, это было не совсем скромное зрелище. Но это зрелище не смущало мою соседку: Мгновенно сон покинул меня, она прочла это сразу по той искре, которая одновременно вспыхнула в моих глазах и дрогнула под ее рукой.

Я остался лежать не подвижно. Она села в ногах, подобрала по-турецки ноги и с улыбкой смотрела мне в лицо. Острия полудетских грудей слабо виднелись сквозь тонкий батист рубашки, такой короткой, что она совсем оставляла открытыми ее ножки, блестящие коготки на них прижимались к полотну простыни. Круглые колени слегка приподнялись и безупречной чистоты линии вели от них к бедрам и к розовому мраморному животу.

Там, где линии готовы были соединиться, на меня смотрел, разделяя их, большой удлиненный глаз. Он не был светел и смешлив как глаза женщины. За густой тенью приподнятых ресниц его глубокий взгляд как-будто пристально и серьезно смотрел мне прямо в. Я не мог оторвать их от продолговатого, слегка расширенного разреза, из которого выглядывал неправильной формы зрачек. Казалось, что этот глубокий серьезный взгляд таинственно и неслышно дышет, чуть заметно сужая и расширяя веки, еще немного опухших ото сна — это дыхание приоткрывало какую-то неведомую глубину, давала видеть самое сокровенное существо женской души….

Именно так мне показалось, что сама душа женщины пристально и зовуще смотрит на меня, увеличивая собой красоту по-турецки скрещенных ножек. Этот настойчивый взгляд потрясал каждый нерв. По всем моим членам пробежала искра желания и зажженый ее огнем светильник взымел перед женщиной огненный язык пылающего тела. Насытившись волнением, которое она читала в моих глазах, Елена она уже после сказала как ее имя, сделала легкое движение, приподнялась на коленях и мерцающий гипнотизирующий взгляд стал еще глубже, расширился нетерпеливым вниманием.

Я ждал… Елена придвинулась ближе, ее круглые колени крепко и нежно обхватили мои бедра и она стала медленно приподниматься, приближая свое тело. Каждый фибр трепетал во мне от предчуствия и я знал, что через мгновение наступит наслаждение столь сильное, как испытанное несколько часов.

Я почти ощущал уже, как душа погружается в на долго томившей меня, коснувшись зрачком той точки, которая жаждала погрузиться в ее глубину, Елена быстро опустилась ножками на обнаженное тело и стала гибким кошачьим движением приближаться ко. Не знаю сколько времени продолжалась эта пытка блаженством.

Эротические рассказы - Классика (fb2)

Как буд-то ни одной минуты тело женщины не оставалось не подвижным и в то же время изгибы его были вкрадчивы и медленны, что казалось, что я никогда больше не смогу увидеть взор, так долго томившей. Жнщина приближалась ко мне, прижимая груди, плечи…. И вдруг я ощутил у себя на губах густые шелковые ресницы, припухшие веки закрыли мой рот и розовый требовательный зрачек коснулся моего языка. Теперь я не был безрассуден и нетерпелив, как ночью.

Я уже умел расчитывать силу и нежность моих ласк. Я знал, какие струны наиболее отзывчиво, пленительно и пленительно и послушно отзываются на зов моей страсти, почти жестокой от невозможности найти себе утоление. Елена сжалилась надо. Внезапно ее тонкая талия надломилась, руки упали к моим коленям, мои бедра на мгновение ощутили упругость ее груди и с неразимым содраганием всего существа я почувствовал ответную ласку.

Она былы непередаваемо сладостной…. Ножки Елены сжали мою голову, ее ноготки бессознательно царапали мои ноги, ее ротик ласкал вибрирующую от наслаждения кожу, неисчеслимым количеством поцелуев, легких, мгновенных и влажных. Теперь горячие влажные губы впились в мое тело, которое исчезло за их мягкой тканью так, что почувствовал прекосновение острых зубов, чуть-чуть прижимавших при поцелуе напряженное тело… Я отвечал им с иступлением.

Момент сильнейшего иступления приближался… Наконец я не выдержал. Нежно, но сильно, взяв ее за покатые плечи, я скользнул руками ей под мышки и через тонкий батист рубашки ощутил снова набухшие округлости ее грудок, вздымающихся часто прерываемым дыханием. Гладя, приподнявшиеся, соски я осторожно начал ее тянуть к себе, ощущая как неохотно и медленно ее рот скользит по напряженности моего члена.

Непередавемое ощущение охватило. Она сдавленным голосом прошептала: Ее ноги медленно согнулись в коленях и разошлись, показывая мне ненасытный, теперь уже с синевой, продолговатый глаз….

БК "ИРКУТ" | ВКонтакте

Ее поцелуи осыпали мое лицо и грудь мелкими укусами, усиливая ощущения нетерпения и желания. Наконец, она дивным движением рта предложила мне свои тоже уже синеватые вздувшиеся губы, в которые я, неожидая дальнейших приглашений впился, проникающим до глубины женской души, поцелуем, ощущая прохладные ее зубы и трепещущий язык, который старался протиснуться в мой рот. Одновременно с этим я почувствовал, как она медленно расслабила сдерживающую мой порыв руку и, скользя по моей коже, впустила меня в себя….

Не знаю сколько прошло времени. Тело женщины изгибалось в параксизме страсти. Руки рвали полотно простыни, вдруг она ослабла. Ее губы оторвались, ножки, судорожно сжимавшие мою спину, разжались и ее безжизненное тело распростерлось подо.

Я освободил ее от своей тяжести. Ее горячая щека лежала на моем плече. Не смотря на то, что я до конца испытал наслаждение, я все еще не был утомлен. Я хотел возобновить ласку, но ее умоляющий голос остановил меня: Солнце поднялось над горизонтом и шелк волос на теле женщины отливал золотом так близко, что дыхание шевелило их нити, на которых влага блестела, как роса на утренней заре. Елена приподняла голову и сейчас же откинулась назад, опять вытянув ножки.

Уютная теплота во впадине под коленкой притянула мои губы. Это прикосновение пробудило Елену от ленивого утомления и покоя. Мелодичный смешок мешал ей выговорить: Оставь меня, я боюсь… Ой, ой, не могу…. Ха, ха, ха, ха… Пусти, боюсь щекотки… " Слова путались со смехом.

Она извивалась, сбивая в клубок простыни, касаясь моего лица, то пушистым золотом волос, то нежным овалом коленок и розовым перламутром ноготков на небольших ступнях.

Список фамилий, Которые Имеют Дворянское Происхождение! А Вы в нем есть ?

Одним прыжком она снова очутилась у меня в ногах, оправила рубашку и я понял, насколько она устала от той полноты утомления, которое она уже впитала. Жаркий зев ее приближался наконец горящему перед ней светильнику.

Влажное тело дышало около воспаленного его венчика. Я видел по лицу Елены, что она снова поддается опъянению. Ноздри раздулись, полузакрытые глаза мерцали глубокой и почти бессознательной синевой. Рот приоткрылся, обнажая мелкий жемчуг зубов, сквозь которое чуть слышелся шепот: Она вытянула ножки так, что они оказались у меня подмышками и откинулась всем корпусом назад, села на мои согнутые колени.

Я готов был закричать от боли, и в тоже время восторг острого наслаждения пронизал. Наверное, и Елена испытывала боль. Ей трудно было говорить: Мне кажется, что я сейчас поднимусь на воздух. О, это были не передаваемые пытки страсти. Не знаю, смог бы ли я выдержать до конца, но в то время, когда Елена, опершись ладонями приподнялась надомной и, помедлив немного собралась снова откинуться на мои колени, раздался лязг буферов, сильный толчек рванул поезд.

Руки женщины не выдержали падающего тела, и она со всей силы опустилась ко мне, принимая до самых глубин мое жаждующее минуты последнего слияния тела. Ритм быстроидущего поезда удесятерял степень наших ласк, это последняя минута наступила.

Елена заснула в моих объятиях розовая, нежная и обнаженная. В Вильно поезд пришел около полудня. Я не нашел в себе сил расстаться с этой женщиной, так внезапно появившейся в моей жизни. Мысль о разлуке казалась мне нелепой. Все мои чувства, желания были пронизаны ею. Особеный приступ его я испытал, когда Елена, отдохнувшая и свежая оделась и я увидел ее в строгом черном платье и густой вуали глубокого траура. Контраст этого печального одения, с теми минутами, каждую из которых еще помнили все клеточки моего тела, был так соблазнителен, что мне захотелось тут же в купе еще раз обладать ею.

Но она резко отстранилась, как будто этот костюм напоминал нечто, тень чего не позволяла быть прежней. Меня охватил страх, что, может быть, в конце дороги окончена и наша близость.

Ее рука настойчиво укрылась под складки длинного френча. Я ощутил через двойную ткань одежды ее теплоту. Сколько раз в поселке встречал миротворцев в обмундировании — никогда не было такого ощущения. А тут вошел в вагон электрички — сидит. Организм сразу же потребовал отступить, спрятаться, вжаться в стену, укрыться в тамбуре! Но разум велел шагать и делать вид, что все в порядке.

Разум, конечно, победил — но не без труда. Моя задача была сопроводить Костика в райцентр, за это Карый пообещал премию.

Не лишнее в нашей жизни, у Гоши Карого связи везде, вполне может сложиться ситуация, когда его помощь понадобится, так что я всегда брался, если он просил. И эта поездка была рядовая, ничего особенного. Да еще с Костиком. Мне нравилось ездить с. Так что с Костиком ездить. Рейс вышел вполне обычный, до вокзала нас сам Карый проводил, там сели в электричку. Когда поезд тронулся, пошли по составу. Первым Костик, потом.

Череп мутанта (fb2) | КулЛиб - Классная библиотека!

Вообще-то идти первым — моя задача, но тут Костик сам почему-то надумал. Я последовал за ним в другой вагон — и едва сумел побороть инстинктивный порыв свалить обратно.

Вагон, как всегда, был почти пустой, я сделал пару шагов и заметил сержанта. Мало того что приобретенные в Зоне привычки заставили нервно отреагировать на военную форму, так еще и лицо миротворца показалось мне знакомым.

Пригляделся — точно, пару раз приходилось иметь дело, Зона его дери! Если бы замешкался в проеме, дернулся, отшатнулся, это выглядело бы подозрительно, так что усилием воли я подавил желание сбежать и нарочито спокойно прошел мимо военного. Тот мазнул по мне ленивым взглядом и обернулся к спутнику, полному мужичку в штатском. Я прошлепал мимо и увидел, что Костик расположился в этом вагоне.

Может, нарочно, чтобы меня подразнить? Я не стал подавать виду, что меня волнует присутствие сержанта, и уселся рядом с Костиком. Кстати, Костик — не имя, а прозвище, потому что у него такая фамилия: Иногда мы с ним делали вид, что незнакомы, и усаживались лицом к лицу — но мне не хотелось оказаться спиной к сержанту.

Через несколько лавок от меня торчали его бритый затылок и плешивая макушка штатского. А той дядька, що с йим поряд, той, гадаю, с вийськовой прокуратуры. Значит, этот тип с ним был? У мисти пару разив йих бачив, та в Управи, як с Гошею туды прыходылы.

Разговаривали мы, конечно, очень тихо, так что сержант и мужчина в штатском нас не слышали. Зато вояка разглагольствовал не смущаясь, заливал попутчику: Стоит поглядеть, и сразу… Они же по-другому двигаются, манера у них звериная. Ну и морды тупые — одно слово, мутанты! Похоже, ему было не интересно и он ляпнул просто, чтобы как-то ответить.

А кстати, слыхали анекдот? Приезжает начальство на КПП. Только ПДА с него снять не забудьте, чтоб на человека не был похож! Тут заскрежетали колеса — поезд подходил к станции, предпоследней для. А в моем рюкзаке тихонько пискнул ПДА. Вояка со спутником не оглядывались, так что я полез в рюкзачок и украдкой вытащил свой комп.

Костик пересел на лавку напротив, чтобы видеть входящих — электричка уже почти остановилась. При этом он бросил мне: На цией станции стоятымемо довго, ще вйськовый цей хлопчик почуе, як тоби дивки дзвонять. Я отключил звук — если в самом деле придется торчать на станции, даже такой хвастливый лопух, как этот сержант, может обратить внимание на знакомый писк.

Мне пришло сообщение от Ларика. Смайликов в конце она, как обычно, натыкала до фига, но писала о грустном: А ведь верно, давно от Ларисы вестей не было, раньше-то каждый день слала мейлы… Должно быть, эмоции отразились на моем лице, и Костик спросил: Кольчевск — это поселок, куда мы с Костиком направлялись.

Там нас должны были встретить, принять груз. Обычно приходилось гонять дальше, но в этот раз партнер Карого почему-то решил поиграть в конспирацию и получить передачу именно. Кольчевск — в общем-то глухомань, действительно спокойное местечко для интимной встречи. Бий телеграмку, нехай сестричка зустричае. Когда еще соберусь проведать родню! А тут такой случай… Поезд остановился, репродуктор пробурчал что-то невнятное насчет стоянки.

Я не прислушивался, и так известно: Тем временем сержант заливался соловьем, описывая прелести службы молчаливому попутчику: Наш лейтенант всегда так говорит, что забрасываем удочку, а наживка — это сталкер, потом подтянешь такого к берегу, а на нем улов, то есть хабар, знай себе снимай! Вояка, похоже, в самом деле дурак, болтает такие вещи!